От первого лица

О проекте

О проекте

Рубрика «От первого лица» – это открытый разговор с ведущими российскими специалистами в сфере образования – представителями министерств, ведомств, первыми лицами научно-исследовательских институтов и профильных учреждений. Журналисты портала беседуют с ними о современной системе образования, о последних нововведениях, об экзаменах и о вступительной кампании, об изменениях в структуре вузов, школ, детских садов – словом, обо всем, что интересно нашим читателям. Хотите задать вопрос сами? Пишите нам, мы постараемся включить его в интервью.

Павел Любимцев:

Русская литература – это отчасти исповедь, отчасти проповедь

2016-09-05

Востребованно ли сегодня домашнее чтение вслух?

Это, бесспорно, очень хорошая семейная традиция – душевное взаимодействие, общение, тепло. 

Я вспоминаю, как мы с нашей большой семьей – мама, ее сестра, мои двоюродные братья и сестры – отдыхали летом в деревне, собирались вместе и читали Дюма, Вальтера Скотта. Это было незабываемо! 

Прочитать, чтобы тебя слушали, – это очень сложно... Что бы вы посоветовали тем людям, которые хотят научиться азам этого искусства?

Надо не лениться, надо пробовать.  Умение интересно читать, чтецкий дар – встречается не так часто. Но это не значит, что не надо читать вслух. 

Мой незабвенный учитель Яков Михайлович Смоленский, народный артист России, свою книгу назвал «Читатель, чтец, актер». 

И начинает он ее со слов «Чтецом можно назвать любого человека, который что-либо зачитывает вслух». 

Так что, как видите, все начинается с малого: с  чтения в кругу семьи, с чтения на уроке.

Мы возвращаемся к просветительству: вроде все грамотные, все читать умеют – но читают, увы, мало

Как вы относитесь к аудиокнигам?

Отстраненно. Дело в том, что аудиокнига – это не художественное чтение, это переданный грамотно текст. Наверное, в этом есть какая-то польза, но чтецким искусством аудиокнигу назвать нельзя. 

Почему?

Потому что чтецкое искусство – как и всякое искусство – подразумевает выбор, что именно мы хотим и будем читать. 

Речь идет не о целом произведении. Просто прочитанная повесть Тургенева или роман Толстого – это переданный текст, который, по моему мнению, лучше было бы прочитать в книге. 

А художественное чтение так длинно идти не может. Великий чтец Дмитрий Николаевич Журавлев, народный артист Советского Союза, читал программу по роману Л.Н. Толстого «Война и мир» – отдельными главами. И это было гениально. При этом Журавлев не сокращал ничего – он просто брал отрывки из текста и читал их от первого до последнего слова. 

Радиоспектакли – это альтернатива аудиокнигам?

Радиоспектакли – совсем другое, это в первую очередь спектакли, со своей партитурой шумов, музыки, это некоторая создаваемая только аудиосредствами атмосфера действия… Но это не чтецкое искусство, которое я так люблю. 

Вообще художественное чтение – это замечательное искусство, недавно оно отпраздновало свой столетний юбилей – в 2010 году. И присуще оно, что очень важно, только русской культуре: нигде в мире в таком объеме и разнообразии его нет. 

С чем это связано?

Во-первых, русская литература – это отчасти исповедь, отчасти проповедь, в большей мере, чем литература западноевропейская.  

Второе – это русский театр, с его душевностью и глубиной, воспитывающий актера-личность, который может выйти на сцену без партнеров, без грима, без декораций – и напрямую обратиться к слушателям. 

Так, Василий Иванович Качалов в течение последнего периода своей жизни с большей охотой работал на эстраде, чем играл в театре. Любили чтецкое искусство и Игорь Владимирович Ильинский, Сергей Юрьевич Юрский, Михаил Михайлович Казаков…

Ну а третье – это революция, стремление преодолеть безграмотность народных масс, что тоже не нужно сбрасывать со счетов. 

Например, основоположник чтецкого искусства Александр Яковлевич Закушняк в дневнике в 20-е годы пишет: «Читал крестьянам рассказы Мопассана и Чехова. Успех был громадный». Крестьянам рассказы Мопассана и Чехова были нужны не только потому, что они не умели читать. Им нужно было стремиться к культуре, расти в духовном отношении. 

Таким образом, революция очень сильно повлияла на развитие чтецкого жанра, хотя и возник он в начале ХХ века, когда тот же Закушняк проводил свои «вечера интимного чтения». 

С идеей возобновления таких программ он пришел к Луначарскому, и нарком просвещения поддержал ее в рамках программы борьбы с безграмотностью. 

То есть по сути развитие художественного чтения в его современном понимании началось именно в это время?

Не совсем так. Этот жанр знал несколько периодов расцвета, и все они были связаны с просветительством. Первый – в 20-е годы предыдущего столетия, второй – в 60-70-е, когда на эстраде начали звучать произведения, которые невозможно было достать в бумажном виде: Булгаков, Цветаева, Ахматова…

И сейчас, как я уже говорил, мы тоже возвращаемся к просветительству: вроде все грамотные, все читать умеют – но читают, увы, мало.